Антирелигия

Философия всеединства: социальнофилософский экскурс

В статье рассматриваются теоретические основы концепции всеединства в духовной и социальной сферах. Приведено тезисное изложение концепции в трудах мыслителейвсеединцев (А. Хомякова, В. Соловьева и его последователей, а также Ф. Достоевского).

Сегодня все большее число исследователей приходит к выводу, что современное общество находится в состоянии глубокого системного кризиса, который можно определить как проблему единства социального целого. Это проявляется в обострении национальных, религиозных, региональных и других социальных отношений. Именно русская религиозная философия Всеединства в конце XIX – начале XX вв. впервые подняла, наиболее полно раскрыла и предложила оригинальную методику решения проблем, связанных с взаимодействием различных элементов социального целого, взаимоотношениями между личностью и обществом. Современное обострение подобных проблем заставляет нас вновь обратиться к опыту их осмысления в рамках социальнофилософских построений концепции всеединства.

Всеединство как системообразующий принцип философского мышления принадлежит к числу неизменно воспроизводимых философских конструктов на протяжении всей истории духовной культуры с самых ранних времен ее существования. Идея Всеединства принадлежит к наиболее фундаментальным основаниям теоретического, философского, а также религиозного и практическимистического типов культуры.

Классическое определение идеи Всеединства дал С.Л. Франк в работе «Непостижимое». Всеединство – это онтологическая категория, «обозначающая принцип внутренней формы совершенного единства множества, согласно которому все элементы тождественны между собою и тождественны целому, но в то же время не сливаются в неразличимое и сплошное единство, а образуют особый полифонический строй, “трансрациональное единство раздельности и взаимопроникновенности”» [1, с. 336]. По словам современного исследователя русской философской мысли С.С. Хоружего, «в каждую эпоху жизни философской традиции постижение Всеединства заново оказывается проблемой, так что Всеединство выступает как некий топос (выделено мною. – Н.Н.) философского мышления [2, с. 103]». Из этого следует: как всякая фундаментальная интуиция в истории мировой культуры, идея Всеединства не может быть исчерпана в рамках одной теоретической парадигмы.

В учении А.С. Хомякова о соборности идея Всеединства формируется как нравственнорелигиозное видение взаимосвязи целого и части. Хомяков основывает свои идеи не на западных источниках, а на восточной патристике и живом опыте Церкви. Этот факт указывает на органичность идеи Всеединства в русской философской мысли: представление о соборности возникает самостоятельно и не зависит от традиции Всеединства западной философии.

В творчестве В. Соловьева «соборная интуиция обретает философский, категориальный характер и впервые возникает само понятие “Всеединство”». В отличие от Хомякова, мысль Соловьева питалась западными источниками, это привело к тому, что свой мистический опыт Всеединства (София) Соловьев попытался рационализировать в дискурсе западноевропейской философии. Поэтому его попытка синтеза механистична, умозрительна, искусственна, оторвана от реальной жизни. Идеал соловьевского Всеединства остается для нас непостижимым.

В противоположность теоретическому построению В. Соловьева, Ф.М. Достоевский в Пушкинской речи, может быть сам того до конца не сознавая, дал художественнофилософскую, конкретную интерпретацию Всеединства. Всеединство здесь, хотя и на краткий миг, становится культурным фактом, реальным историческим событием, которое мы должны воспринимать как важный ориентир на пути к единству национальной культуры.

Философская система Всеединства В. Соловьева в последующем все более дифференцируется в работах его последователей. Из соловьевского «корня» возникает в XX веке целый «куст» философских концепций Всеединства.

Всеединство Вл. Соловьева П. Флоренский воспринял через его софиологию, акцентировав еще более ее эстетический характер. Центром же софиологии Флоренского стал культ, который выступает у мыслителя как своего рода социокультурная модель принципа Всеединства. Продолжая Соловьева, Флоренский создал свой оригинальный, но также внеисторический проект социальной утопии, основанной на принципе Всеединства.

С.Н. Булгаков как «искатель религиозного единства жизни», продолжая В. Соловьева, пытался выработать такой способ мышления, в котором бы православное мировосприятие воплощалось в философском дискурсе, и наоборот. Идея Всеединства Соловьева была воспринята философом в рамках философскорелигиозной концепции Сущего, но при этом более интересным для Булгакова оказался Соловьевмистик, нежели Соловьевфилософ. Поэтому идея Всеединства Соловьева была воспринята и развита им в русле софиологии, которая заняла центральное место в структуре философии Булгакова. Свою Софию Булгаков развивал отчасти и под влиянием софиологии Флоренского. Именно София выступает у Булгакова «мостом», соединяющим Божественный и тварный миры, становится выражением Всеединства.

Оригинальность подхода Булгакова к проблеме Всеединства состоит в том, что ему принадлежит софиологическое истолкование экономической деятельности человека как творческого очеловечивания природы, овладения миром, ведущего к единству человеческого рода во всех сферах жизнедеятельности, т.е. понятие тварной Софии глубже всего проработано в русской мысли именно им.

Учение Л.П. Карсавина, безусловно, было углублением предшествующих ему концепций Всеединства. Ставя задачу объединения в одной истории и культуре индивидуального и коллективного, Карсавин стремился к решению проблемы социокультурного синтеза, вводя категорию всеединого субъекта, или симфонической личности. Карсавинский субъект продолжает развитие с соловьевской метафизики Богочеловечества и Всеединства, но в то же время он близок к видению Всеединства Достоевским.

Социальнофилософская система С.Л. Франка подводит итог метафизики Всеединства. Франк опирается на восточноправославную онтологию, на теоретическую экспликацию религиозной догматики и опыта мистики и аскетики. Всеединство у Франка выступает как регулятивный принцип жизни социума и как форма целеполагания. Принцип Всеединства реализуется, по Франку, в общественной жизни, которая осуществляется на основе свободного служения общественному идеалу всех членов общества на правах солидарности и сотрудничества.

Итак, проблема всеединства, безусловно, принадлежит к кругу основных социальнофилософских проблем в русской теоретической мысли XIX – XX вв. Принцип Всеединства в религиозной философии выступает одновременно как модель механизма социокультурного синтеза и как образ «цельного знания», как способ описания целостности системы.

Судьба этого конструкта двойственна. С одной стороны, опыт отечественной философской мысли продемонстрировал несостоятельность и утопичность принципа Всеединства в том случае, если он рассматривается как основа проекта конкретного мироустройства. Но, с другой стороны, принцип Всеединства может выступать как форма целеполагания. Тогда идея Всеединства содержит в себе своего рода принцип сохранения целостности системы или непрерывности духовной традиции. Итогом философской работы в таком случае становится создание символического (когнитивного) поля, т.е. такого внутреннего строя мысли, который выступает порождающей формой, обеспечивающей локальную данность целого. Именно такое философское видение является позитивным результатом социокультурного синтеза, осуществленного русской философской мыслью, а не социальной утопией, как может показаться на первый взгляд.

Такое решение проблемы Всеединства в русской религиозной философии определяет значимость творчества Хомякова, Соловьева и его последователей, а также Достоевского как философа не только для теоретической мысли, но и, например, для поэтовсимволистов Серебряного века и практики художественного авангарда.

Подход отечественных мыслителей к проблеме Всеединства сближает их позиции с подходами, разработанными с позиций неоклассической рациональности в европейской философии XX века, такими, как феноменология, экзистенциализм. Созвучность этих исканий подтверждает инвариантность описания процессов в сфере сознания и создает возможность плодотворного диалога между этими двумя философскими традициями.

ЛИТЕРАТУРА
1. Франк С.Л. Сочинения. – М.: Правда, 1990.
2. Русская философия. Малый энциклопедический словарь. – М.: Наука, 1995. – 625 с.
3. Булгаков С.Н. Что дает современному сознанию философия Владимира Соловьева // Вопросы философии и психологии. – 1903. – Кн. 66.
4. Достоевский в воспоминаниях современников: В 2 т. – М., 1964. – Т. 2.
5. Зеньковский В.В. История русской философии: В 2 т. – М., 1990.
6. Карсавин Л.П. Восток, Запад и Русская идея. – Пг., 1922.
7. Лосский Н.О. История русской философии. – М.: Советский писатель, 1991.
8. Лосский Н.О. Преемники Вл. Соловьева // Путь. – 1926. – № 2.
9. Пушкин в русской философской мысли. – М., 1990.
10. Хоружий С.С. После перерыва. Пути русской философии. – СПб.: Алетейя, 1994.

У статті розглядаються теоретичні основи концепції Всеєдності в духовній та соціальній сферах. Наведено тезове викладання концепції Всеєдності у працях мислителіввсеєдинців (О. Хомякова, В. Соловйова та його послідовників, а також Ф. Достоєвського).

Н.А. Никульчев
Донецкий государственный институт искусственного интеллекта, Украина

27.09.2012 00:30

Комментарии

Оставить комментарий

Ваше имя:		Ваш email (не публикуется):
Текст сообщения::

Новости по теме

Философия образования
Наука, религия, философия и человеческие ценности

Поиск по сайту

Популярные новости

Последние статьи