Антирелигия

Военные элиты в политической жизни Аргентины в 40 – 60-е гг. хх ст.

Аргентинские военные на протяжении десятилетий играли ключевую роль в политической жизни страны. В статье рассматривается роль военных элит в политике, борьба различных армейских групп. Кроме этого, показаны взаимоотношения Перона и его сторонников с армией.

В 40 – 60-е гг. ХХ ст. вооруженные силы Аргентины были одной из наиболее мощных структур, обладающих серьезным влиянием на общество. Связанная с событиями Второй мировой войны милитаризация укрепила авторитет военных не только в Аргентине, но и в Латиноамериканском регионе. Вследствие этого аргентинские военные еще более активно стали вмешиваться в политическую жизнь государства.

В связи с этим обращение к данной проблеме не является случайным.

Отечественная историография, к сожалению, не представлена фундаментальными работами, посвященными латиноамериканским военным и их роли в политической жизни стран региона.

Зарубежная историография, в частности латиноамериканская, российская, представлена монографиями по данной проблеме [1-3].

В монографии А.Ф. Шульговского «Армия и политика в Латинской Америке» рассматривается политическая роль вооруженных сил в странах Латинской Америки. Автор исследовал различные типы и модели военных режимов. При этом А.Ф. Шульговский широко использовал зарубежные источники, главным образом латиноамериканские: документы, периодические издания.

Монография «История Латинской Америки: 1918 – 1945» повествует об основных событиях в странах континента в драматический период всемирной истории, когда столкнулись альтернативы развития мировой цивилизации. Авторы монографии уделили внимание процессам, в которых принимали участие военные, в том числе в Аргентине. При этом они опирались на достижения современной российской историографии, неопубликованные материалы из российских архивов и материалы из архивных фондов других стран, не игнорируя при этом сложившихся историографических традиций.

Известный современный чилийский ученый, профессор Института политических наук Университета Чили и Дипломатической академии Альберто Сепульведа Альмарса исследует проблему милитаризма и его типологию. В своей монографии «Возможна ли демократия в Латинской Америке? Очерк о военных и о политике» он дал оценку роли вооруженных сил в Латинской Америке и систематизировал типы латиноамериканского милитаризма. Под латиноамериканским милитаризмом он имеет в виду участие военных во внутренней политике независимо от того, поддерживают они правящие режимы или намереваются их свергнуть.

В качестве источника была использована работа генерала Вильегаса, лидера одной из армейских группировок. Ее использование позволило более детально проанализировать действия военных.

Следующий источник – специальные коммюнике, публикуемые военными группировками. Они дают представление об идеях этих групп.

В качестве источника использовался автореферат на соискание ученой степени доктора политических наук С.А. Бабуркина «Армия и политика в Андских странах (Венесуэла, Колумбия, Эквадор)». Хотя диссертация не охватывает аргентинскую проблематику, для детального изучения такого феномена, как влияние армии на политическую жизнь государств Латинской Америки, привлечение подобных материалов необходимо [4].

Научная новизна работы определяется тем, что, как было уже отмечено, в отечественной историографии данная проблема детально не рассматривалась. Необходимо также подчеркнуть то, что роль военных в политической жизни Аргентины анализируется вместе с проблемой перонизма. Подобная связь прослеживалась в некоторых статьях автора, но в данной статье автор более детально рассматривает влияние аргентинских военных на политическую жизнь и их взаимоотношения с перонистами.

Цель статьи – проанализировать роль военных элит в политической жизни Аргентины.

Задачи статьи: рассмотреть процесс усиления позиций военных к 40-м гг. ХХ ст.; рассмотреть деятельность военных в 40 – 60-е гг. ХХ ст.

Методологическую основу статьи составляют принципы историзма и объективности.

Как известно, до середины ХIХ в. государства Латинской Америки не создавали военную структуру. Испания и Португалия не привлекали местное население в национальные вооруженные силы. Создание независимых государств также не привело к формированию вооруженных сил на национальном уровне.

Олигархия, пришедшая к власти в середине ХIХ ст., приступила к формированию национальных армий. В этом деле им помогали иностранные специалисты, в частности, Аргентина пригласила германских военных советников. В этот период истории войска не вмешивались в политику, а участвовали в разгроме внутренних врагов, защищали границы, решали территориальные конфликты.

Только в 20-е гг. ХХ ст. под влиянием экономического кризиса, охватившего латиноамериканские страны и обусловившего дестабилизацию политической ситуации, армия начинает вмешиваться в ход внутренних процессов. Необходимо подчеркнуть, что армия в условиях кризиса была единственным институтом, для которого были характерны единство, патриотизм, общая система ценностей. Благодаря этому армия могла претендовать на роль выразителя национальных интересов. По оценке А. Сепульведы Альмарсы, вооруженные силы в Латинской Америке неизменно представляли не имевшую противовесов, наиболее мощную структуру давления на общество, при этом живучесть милитаризма он объясняет отсутствием общенациональных целей [3, с. 9].

Экономический кризис 1929 г. обусловил формирование двух групп в армии – либералов во главе с генералом А. Хусто и правых националистов во главе с генералом Х. Урибуру. Военные были недовольны политикой правительства радикалов и в связи с этим в сентябре 1930 г. часть военных, не более 1,5 тыс. кадетов и солдат регулярной армии, во главе с генералом Урибуру беспрепятственно заняли Буэнос-Айрес, добившись отставки сначала вице-президента, а затем президента Ирригойена [5, р. 72-81].

По словам участника переворота капитана Х.Д. Перона, успех движения казался чудом [6, с. 310]. Это событие, которое произошло благодаря не чуду, а упомянутому экономическому кризису 1929 г. и неспособности правительства радикалов его преодолеть, ознаменовало приход в политику военных. В качестве примера военно-гражданских правительств, бывших у власти в 30-е гг., можно привести правительства генерала Х.Ф. Урибуру, генерала А. Хусто. Их политика, равно как и политика других лидеров Аргентины, не обеспечила стабильного развития страны.

В связи с этим к 1943 г. Аргентину охватил очередной кризис, на этот раз – партийно-политической системы. Как и в 1929 г., реальной силой являлась армия. Охваченные националистическими настроениями вооруженные силы совершают 4 июня 1943 г. переворот. Следует отметить, что именно этот переворот ознаменовал начало формирования перонистского движения.

Вместо свергнутого президента Кастильо к власти пришло военное правительство во главе с генералом А. Гаусоном, которого впоследствии заменили на этом посту П. Рамиресом. Первые шаги нового правительства были в духе многих военных, которые приходили к власти: был распущен Национальный конгресс и органы власти в провинциях. Президентские выборы были отложены на неопределенный срок.

Различные взгляды на перспективу развития страны привели к формированию нескольких групп внутри лагеря военных, пришедших к власти.

Большинство генералитета входило в группу, которая склонялась к компромиссу с политическими партиями и созданию коалиционного правительства. Умеренные выступили за сближение с антигитлеровской коалицией и разрыв с Германией, Италией, Японией. Группа, ядро которой составила Группа объединенных офицеров (ГОУ), считала необходимым сохранить отношения с государствами «оси» для того, чтобы противостоять растущему влиянию США в Аргентине.

Опасения этой группы, связанные с возрастающим давлением Соединенных Штатов на Аргентину, были отнюдь не беспочвенны. Вторая мировая война обусловила более активные действия США в Латинской Америке. Соединенные Штаты объясняли их стремлением не допустить войну в Западное полушарие. Как справедливо отмечал видный российский исследователь И.И. Янчук, опасения путчей сепаратистских движений, инспирируемых фашистской Германией, привели к единодушному принятию на совещании в Панаме решения о «мерах по искоренению на Американском континенте доктрин, подвергающих опасности межамериканский демократический идеал» [7, с. 227]. Более того, как подчеркивал известный специалист в области межамериканских отношений тех лет С. Бемис, военные годы стали временем беспредельного сближения между США и странами Латинской Америки до такой степени, что на ряде межамериканских форумов вновь, спустя более ста лет после своего провозглашения, зазвучали мотивы «Доктрины Монро», до этого вызывавшей стойкое отторжение подавляющего большинства латиноамериканских стран [8, с. 234-235].

США, преследуя цель ослабить влияние националистов, решили оказать поддержку умеренным, в качестве гарантии ее предоставления потребовали от Аргентины разорвать отношения с Германией и Японией. Однако своими действиями США подорвали позиции своих союзников – умеренных. После кризиса, который произошел в октябре 1943 г., вице-президентом стал представитель ГОУ Э.Х. Фаррель, несмотря на это президентом остался Рамирес [9, с. 222]. Секретариат труда и социального обеспечения в новом правительстве возглавил Хуан Доминго Перон. С этого момента начинается его карьера политического деятеля.

Х.Д. Перон решил реализовать свою социально-экономическую программу, основываясь на благоприятной экономической ситуации для Аргентины, которая сложилась в результате войны. Для этого он инициировал создание Секретариата труда и социального обеспечения, национальной системы социального обеспечения организаций, объединяющих различные социальные группы, усилил роль профсоюзов. Х.Д. Перон увеличил заработную плату трудящимся.

Приверженность Перона социально-экономической сфере деятельности проявилась в том, что он некоторое время оставался в тени. При этом он активно помогал Фаррелю стать военным министром, вице-президентом, а затем президентом в 1944 г. Благодаря продвижению Фарреля Перон занял пост вице-президента в 1944 г.

Перон использовал разногласия, существовавшие в профсоюзном движении, в своих интересах. В частности, он добился запрещения одной из профсоюзных организаций ВКТ-1 и установил контакты с ВКТ-2, где у коммунистов не было сильных позиций. Соглашение с лидерами ВКТ-1, которые начали сотрудничать с правительством, облегчило установление государственного контроля над профсоюзным движением [10].

Перон всячески старался подчеркнуть классовую направленность своей политики. Выступая в торговой бирже Буэнос-Айреса 25 августа 1944 г., он заявил: «Господа капиталисты! Не пугайтесь моего профсоюзного движения. Капитализм никогда не был так прочен, как сегодня. Я хочу организовать рабочих в государственном масштабе с тем, чтобы ими руководило государство, чтобы оно давало им направление. Таким способом в рядах рабочих будут нейтрализованы идеологические и революционные течения, которые могли бы явиться угрозой для нашего капиталистического общества в послевоенный период [1, с. 137].

Несмотря на столь внушительную социально-экономическую программу, репрессивные меры военного правительства спровоцировали формирование оппозиционного движения. Политическая изоляция режима вынудила его объявить войну государствам «оси». Более того, были восстановлены демократические свободы. 9 октября 1945 г. генерал Х. Авалос арестовал Перона. Правительство ушло в отставку. ГОУ потеряло свои позиции. Социалисты, демократы не смогли создать прочный политический альянс. Ситуация в стране выходила из-под контроля.

Рабочие организовали забастовку в поддержку Перона, опасаясь свертывания социальных программ. Военные, принимавшие участие в мятеже, сдались, генерал Авалос ушел в отставку, Перон был освобожден.

После этого Перон выдвигает свою кандидатуру на президентских выборах 1946 г. и побеждает. На наш взгляд, наиболее значимым фактором, который помог Перону, был антиамериканизм. Он был спровоцирован попытками США помешать Перону победить на выборах. Ему помогли националистически настроенные военные из ГОУ, поддержавшие его на выборах.

Необходимо отметить, что приведенная выше историческая ретроспектива усиления роли военных в жизни аргентинского общества показывает, что мировой экономический кризис конца 20 – 30-х гг. ХХ ст., а также Вторая мировая война позволили аргентинским военным приобрести большее значение и участвовать в политической жизни. При этом нельзя воспринимать военную элиту как монолит. В нее входили различные группы, в частности, националистически настроенные военные поддержали Перона. Другая группа, напротив, свергла Перона в 1946 г.

Победа Перона на президентских выборах 1946 г. не гарантировала ему поддержку вооруженных сил. В 1955 г. произошло очередное отстранение Перона от власти военными. Как показала новейшая история Аргентины, это событие привело к еще большему усилению влияния военных и, как следствие, к тому, что они постоянно вмешивались в политическую жизнь в различных формах. Во всяком случае, какое бы правительство ни находилось у власти, оно должно было считаться с мнением командования вооруженных сил, которое выступало в качестве своего рода «верховного арбитра» в решении судеб страны [2, с. 94]. Примером этому может служить период правления Артура Фрондиси (1958 – 1962 гг.), который был лидером партии непримиримых радикалов. Военные постоянно навязывали свою волю правительству А. Фрондиси. В итоге они его свергли и очередным президентом стал их ставленник А. Гидо. При этом военные усилили свой контроль над ситуацией в стране. Подобное укрепление позиций военной элиты одновременно обострило борьбу между различными группами.

Но была еще другая черта, которая также определяла роль военных и ситуацию в армии. С начала 60-х годов усиливается влияние США на вооруженные силы Аргентины. Это было обусловлено кубинской революцией и попыткой США не допустить усиления влияния СССР в регионе и помешать расширению очагов партизанской войны, организуемой леворадикальными силами. Для этого США предложили реализовать идею Межамериканского совета обороны, а также придать характер военно-политического союза уже существовавшему совету, который был консультативно-совещательным, имевшим второстепенное значение. Казалось, что эта идея начала реализовываться после того, как межамериканские силы приняли участие в ликвидации конфликта в Доминиканской Республике в 1965 г. Однако после этого некоторые страны региона стали более настороженно относиться к этой идее. Аргентинские военные предприняли попытку реализовать проект совета; следует подчеркнуть, что они были более настойчивы, чем военные ряда других государств Латинской Америки. Военные Аргентины предложили создать межамериканский совет в рамках организации американских государств. На III Специальной межамериканской конференции в Буэнос-Айресе (февраль 1967 г.) под попыткой создания общерегиональной военно-политической структуры была подведена черта. Фрагменты системы безопасности продолжали существовать: по-прежнему действовал МСО, реализовывались программы помощи, функционировали американские военные миссии, представители латиноамериканского офицерского корпуса продолжали проходить обучение в межамериканских военных школах и академиях. Но они, эти компоненты, так и не смогли преобразоваться в полноценную региональную систему безопасности с единым механизмом управления [11, с. 80].

По нашему мнению, причина в том, что США реализовывали в одностороннем порядке свой проект, не учитывая зачастую национальной специфики. В свою очередь, настойчивость аргентинских военных можно объяснить тем, что они пытались упрочить свои позиции в Латинской Америке в качестве регионального лидера, а также, возможно, несколько большей вовлеченностью в борьбу с международным коммунизмом. Настроение военной элиты 60-х гг. выразил генерал Лонда в июле 1960 г.: «Мы живем в обстановке кажущегося мира, поскольку на деле вооруженные силы находятся в состоянии войны. Они уже в течение определенного времени воюют с врагом, который называется международным коммунизмом» [12, с. 12]. Страна, разделенная на округи, с конца 50-х годов представляла собой сеть зон обороны. Командующие зон контролировали не только вопросы обороны подконтрольной территории, но и получили возможность вмешиваться в политическую жизнь региона. Подобная система была направлена не только на внешнего, но и на внутреннего врага. То есть армия не только на национальном, но и на региональном уровне стала доминировать над гражданской властью. Поэтому даже проблема контроля военных властей не потеряла своей актуальности, принимая во внимание опыт взаимоотношений между ними. Как отмечает автор исследования «Армия и политика в Андских странах» Сергей Бабуркин, проблема эффективного гражданского контроля, одна из фундаментальных проблем современного этапа политического развития Латиноамериканского региона, остается нерешенной. А это, в свою очередь, предопределяет потенциальную, а порой и реальную нестабильность военно-гражданских отношений и оставляет возможность для быстрых сдвигов в характере, содержании и формах политического поведения вооруженных сил [4].

Целесообразно подчеркнуть, что в 60-е гг. происходит усиление позиций не только США, но и олигархии. Перон вел ожесточенную борьбу с олигархами, поэтому после его свержения они стали активно развивать отношения с военными олигархами. Олигархи надеялись получить в их лице опору. По словам аргентинского публициста Рохелио Гарсиа Лупо, представители олигархии, усиленно обрабатывая офицеров, исходили из принципа, что «легионы, которые должны остановить варварское нашествие коммунистов и перонистов, заслуживают того, чтобы с ними заигрывали» [13, с. 99]. Олигархи, используя антиперонистские настроения части офицерского корпуса, смогли их распространить в целом на вооруженные силы. Успех данной идеологической кампании в определенной степени объяснялся тем, что средние слои населения, из которых в том числе комплектовалась аргентинская армия, настороженно относились к перонистскому движению, а значительная часть среднего класса была настроена антиперонистски. Объяснение этому в немалой степени следует искать в том, что средние слои населения с недоверием относились к рабочим, опасались потерять свой социальный статус [2, с. 97].

Как уже было отмечено, в 60-е гг. усиливалась конфронтация между различными группировками военных. Наиболее ожесточенный конфликт был между «красными» и «голубыми». Первая группа объединяла наиболее реакционно настроенных, в среде которых были сильны антикоммунистические настроения. Они пропагандировали захват власти вооруженным путем, а также были сторонниками ликвидации демократических свобод. Их опорой были военно-морские силы. «Голубые» были согласны с «красными» в постановке целей: борьба с угрозой коммунизма, захват власти, но расходились в способах их достижения. «Голубые» были менее агрессивны, выступали против политических авантюр «красных». Эти расхождения наиболее рельефно проявлялись по вопросу борьбы с угрозой коммунизма. «Голубые» утверждали, что надо бороться не против коммунизма в целом, а конкретно против идеологии. Лидер «голубых» генерал О. Вильегас писал: «Бороться надо против самой сути коммунизма, нанести ему смертельный удар в области идеологии. Поэтому следует исходить из предпосылки, что идеи нельзя убить, а их следует победить с помощью лучших идей. Лживая философия погибает, только если ей противостоит истинная философия, которая несет в себе правду и помогает разрешить внутренние противоречия общества, восстанавливая его функциональное равновесие» [14, р. 410].

О взглядах, доминирующих в группе «голубых», можно судить по специальным коммюнике, выпускаемым ими в сентябре 1962 г. и апреле 1968 г. В них декларировалось, что вооруженные силы должны уважать конституцию страны, способствовать обеспечению законности. Вооруженные силы ограничивают свою деятельность, утверждали руководители «голубых», «строго профессиональными» задачами, восстановлением дисциплины и соблюдением иерархии в своих рядах [15, р. 27]. Вместе с тем «голубые» заявляли, что это не означает невмешательства армии в жизнь страны. В этом плане вооруженные силы «голубых» возлагают на себя миссию гарантировать действия конструкции, «предупреждать любые акции тоталитарных сил и препятствовать им». «Выполнение этих задач может быть обеспечено путем упрочения духовного, морального и дисциплинарного единства вооруженных сил» [15, р. 27]. То есть содержание документов подтверждало тезис о праве вмешательства армии в политическую жизнь.

События 1965 г. послужили доказательством того, что у армии есть политические амбиции. Правительство Ильиа теряло свой авторитет среди населения, столкнулось с мощными акциями протеста, в которых участвовали в том числе перонисты. Олигархов критиковали за неспособность справиться с экстремистами. Армия, недовольная сокращением военного бюджета, медленной реализацией программы модернизации, неэффективностью парламентской формы правления, свергла правительство Ильиа. Военные снова пришли к власти, но уже в открытой форме.

Таким образом, можно сделать следующий вывод. Аргентинские военные, первоначально не имевшие политических амбиций, проявили их в связи с кризисом 1929 г. Дальнейшая история Аргентины была тесно связана с вмешательством военных в политическую жизнь в различных формах. По мере роста политических амбиций обострялись противоречия в армейской среде. Они выразились с борьбе различных групп. Одна из них, националистически настроенная, помогла в 1946 г. прийти к власти Перону, который впоследствии был вынужден уйти в отставку под натиском военных. Однако, несмотря на столкновения различных армейских группировок, армия оставалась наиболее организованной, способной достигать поставленных целей по сравнению с другими институтами государства.

ЛИТЕРАТУРА
1. История Латинской Америки. 1918 – 1945. – М.: Наука, 1999. – 485 с.
2. Шульговский А.Ф. Армия и политика в Латинской Америке. – М.: Наука, 1979. – 566 с.
3. Sepulveda Almarra A. Es posible la democracia en America Latina? Un estudio sobre losmilitares y politica. – Santiago, 1995. – 230 p.
4. Бабуркин С.А. Армия и политика в Андских странах (Венесуэла, Колумбия, Эквадор) // Автореф. дисс… д-ра полит. наук. – М.: Дипломатическая академия МИД РФ, 1994.
5. Potash R.A. El ejercito y la politica en la Argentina. 1928 – 1945. – Buenos Aires, 1981.
6. Sarobe J.M. Memorias sobre la revolucion de Septembre de 1930. – Buenos Aires, 1957.
7. Латинская Америка в международных отношениях. ХХ век. – Москва.: Наука, 1988. – Т. 1.
8. The Monroe Doctrine and the growth of the Western Hemisphere Solidarity. – New York, 1941.
9. Rock D. Argentina 1516 – 1982: From Spanish Colonization to the Falklands War. – Berkley, 1985.
10. Искаро Р. Рабочие и профсоюзное движение Аргентины: история и развитие. – М., 1978.
11. Сударев В.П. Взаимозависимость и конфликт интересов. США и Латинская Америка (вторая половина ХХ века). – М.: ИЛАРАН, 2000.
12. Pineiro J. Algunas consideraciones Sobre elplande reestructuracion del ejercito. – Buenos Aires, 1961.
13. Lupo R.G. La rebelion de los generales. – Buenos Aires, 1962.
14. Villegas O.G. Guerra revolucionaria comunista. – Buenos Aires, 1963. – 509 p.
15. Fayt C.S. El politico armado. Dinamica del proceso argentino 1960 – 1971. – Buenos Aires, 1971. – 340 p.

Аргентинські військові протягом десятиліть відігравали ключову роль у політичному житті країни. У статті розглядається роль військових еліт у політиці, боротьба різноманітних армійських груп. Крім цього, показані взаємини Перона і його прихильників з армією.

The Argentina molitarians during decades played a key role in political life of the country. In clause the role of military elites in policy struggle of various army groups is considered. Besides the mutual relation Peron and his supporters with army is shown.

А.В. Бредихин
Донецкий национальный университет, Украина

11.09.2012 06:47

Комментарии

Оставить комментарий

Ваше имя:		Ваш email (не публикуется):
Текст сообщения::

Новости по теме

Православная церковь в общественно-политической ситуации на правобережной Украине в 1760-х гг (взгляды М.А. Максимовича)
Украинская Лютеранская Церковь как феномен украинской духовной жизни
Содержание веры и ее ценность в жизни христианина
Этапы политической социализации
Место арианства в общественно-политической жизни схидной римськои империи в начале IV века
Особенности организационно-правовой деятельности сотрудников государственной автомобильной инспекции Донбасса в первые послевоенные годы
Здоровый образ жизни как инновационная технология формирования нравственной личности

Поиск по сайту

Популярные новости

Последние статьи