Антирелигия

Проблема самосознания человека в фылософський антропологии Августина

августиновского антропология оказывается удивительно созвучной нашему времени. Перед каждым современным человеком, в той или иной форме, возникает проблема свободы воли, стремление найти себя, осознать свое бытие и утвердиться. В статье дается освещение проблемы самосознания человека в философской антропологии Августина. Человек рассматривается в своей фундаментальной сущности - души, в которую входят ум, память, воля и совесть как внутренний суд, перед которым стоят свобода воли и ответственность.

В отечественной литературе эта проблема не была предметом специального монографического исследования. Однако в зарубежной философии проблемам антропологии в философской концепции Аврелия Августина Блаженного посвящен ли-мало публикаций. В некоторой степени данная проблема освещается в трудах А.А. Столярова и К. Вальверде.  

А.А. Столяров считает, что для Августина, как для христи-янского платоника, человек - это не просто носитель любого рода самосознания, а кое-что субстанциальное за причастностью к высшей субстанции - абсолютной сущности Бога. Бог как абсолютная сущность является субстанциональной единством трех персон-ипостасей, Троицы. Таким образом, все августиновского учение о человеке является философской екзегезой библейского положения о создании человека по образу и подобию Бога.  

По мнению Карлоса Вальверде, учение Августина - это пла-тонивська антропология, сублимированная христианским религиозным опытом. Августин рассматривает человека в соотношении с тринитарной реальностью. Человек рассматривается в мире Бога.  

В философском смысле человек является существом, в котором совпадают мир природы, мир других людей, мир собственного сознания и самосознания. Она является существом самосознания, поэтому должна себя найти и утвердить. Человек является единственным существом в мире, которое осознает свою конечность (смертность), поэтому ее жизнь для нее самой выступает как проблема. Для человека как существа, что предпочитает, мыслит, творит, мысль о конечности своего существования является невыносимой, если не найден духовный смысл этого существования. Для того, чтобы найти этот духовный смысл, человек должен само-осознать себя: свои мысли, чувства, тело, свое отношение к себе, к другим людям и положения в обществе, то есть познать себя. Итак, проблема самосознания является одной из важнейших проблем философской антропологии. Этой проблеме большое значение придавал и Августин в своем философском учении о человеке.  

Почти все труды Августина так или иначе связаны с люди-ной. Проблема самосознания человека, его самораскрытия, соответственно выдвигает в авгу-стина на первый план вопрос: что есть человек? Что же это за глубину - человек? И, по его мнению, для Бога, «который знает даже количество ее волосы, и ни одна из волос не потеряна для Него, все же легче посчитать волосы, чем чувства человека и волнение ее сер-это» [1, c. 60]. Августин выдвигает в человеке на первый план сознание, одновременно является и ее самосознанием, т.е. самопознанием. За основу он берет наличие «внутреннего человека-" или души, в которую входят память, без которой не может быть единства личности, свобода, связанная с первичными мотивами действия и понимания. Человек выступает тем звеном, в котором связываются воедино ум, воля, свобода воли и ответственность перед внутренним судом - совестью. На этом же уровне Августин, согласно особенностям своего мировоззрения, неизменно старается искать решение проблемы свободы воли.  

Философская антропология Августина - это взгляд на человека как на душу, использует тело только как свое орудие. В философском учении Ав-плотность человек предстает не просто как представитель определенного биологического рода, рода ро-зумних существ, а как персона. Термином «persona» он обозначает человека не в его привходящих и случайных свойствах, а в ее фундаментальной глубинной сущности - души.  

Итак, у Августина суть человека - это душа. Взгляд на люди-ну как на душу, использует тело только как свое орудие, - это характерная черта неоп-латонизму и христианства. Св. Августин, почувствовав влияние платонизма, в первую очередь обращается к душе как проживание и емкости божественности. Человеческие души - творение Бога. Они всякий раз, когда человек должен родиться, возникают Богом заново из ничего. Будучи созданной из ничего, душа тем не менее вечная: это доказывается тем, что душа не имеет частей, а потому и непространственных, а разрушиться может только то, что имеет части, про-стори части, потому разрушения - событие в пространстве. Душа, не существующая в пространстве, существует во времени. Если души не присущи части, то ей, однако, присущи способности: ум, воля и память. Воля выше, главнее, чем разум. Высший акт воли - акт веры. Следовательно, и вера выше разума. Согласно Августину, акт воли должен предшествовать акта знания, познания. Человек сначала должен поверить в Бога и полюбить Его, а потом его опознать. Ав-плотностей учил о познавательную роль любви: познать Бога, который находится в самой глубине души. В «Исповеди» («Confessiones») Августин отмечает: «Именно опираясь на мою ду-шу, я взойду к Нему» [1, c. 177]. Там же мы находим: «Я не существовал бы, Боже мой, не существовало бы вообще, если бы Ты не был во мне» [1, c. 4]. Итак, человек рассматривается в мире Бога. Бог является высшим началом ее бытия, абсолютное совершенство, единственное пристановы-еще всякой истины, образец и цель для каждого человека. Бог также является источником всего человеческого познания, самопознания. Таким образом, мы узнаем все вещи в Боге и только в Боге, обращаясь от внешнего к внутреннему и от низшего к высшему. Августин говорит: «Старайся допизнаты, что такое высшее согласие: вне себя не выходи, а сосредоточь-ся в самом себе, ибо истина живет во внутреннем человеке; найдешь свою природу минлы-вом - тогда будь выше самого себя. Но, становясь выше самого себя, помни, что, рассуждая, душа выше и тебя. Поэтому стремится туда, откуда разгорается именно свет разума ... »[2, c. 441-442]. Именно в познании истины содержится наше счастье. Св. Августин признает его как «Gaudium de veritate» - наслаждение обладание истиной. Поэтому человеческое жит-тя есть непрерывным и интенсивным стремлением постижения Бога: «Ты создал нас для себя, и беспокойное сердце наше, пока не успокоится в Тебе" [1, c. 3].  

По мнению Карлоса Вальверде, обладание истиной достиже-медлит благодаря таинственному и неописуемом озарению души. Св. Августин проникает в ос-зовании глубины собственного «Я», не удалось никому из греков. И в истории собственной души он читает историю человечества, которое стремится к Богу [3, c. 68].  

Всем, что Августин знает о себе, он обязан Богу: «Ибо услышать от Тебя о себе самом - это ни что иное, как только познать самого себя» [1, c. 172]. Ведь хотя «ни один человек, кроме духа, в ней пребывает, не знает того, что в ней происходит, в человеке есть такие вещи, о которых не знает даже сам дух, который в ней пребывает. Но Ты, Господи, знаешь о человеке все, ибо Ты создал ее »[1, c. 174]. Итак, оказывается, в человеке есть такие вещи, которые он не способен в себе осознать в силу того, что она только человеком. Поэтому все, что человек не может понять умом, она должна принять на веру.  

Проблема самосознания, самопознания плотно сти-кается с проблемой соотношения веры и разума. Согласно Августину, чего нельзя понять, в то нужно верить. Он отмечает: «Итак, если мы не можем понять правду чистым разумом, то наше бессилие требует опоры Писания, и с тех пор я начал верить, что Ты не мог бы придать этому Письму такой большой вес во всем мире, если бы Ты не хотел, чтобы через него верили в Тебя, чтобы через него искали Тебя »[1, c. 90].  

Для понимания взаимодействия соотношение проблемы веры и ро-зума философской концепции Августина необходимо сделать экскурс в историю становления-ления христианской мысли. В христианской картине мира первый и важный результат, вытекающий из понятия о личном абсолюте, - это, по сравнению с античными понятиями, совсем другие отношения между Богом и человеком. Как показано уже в Ветхом Завете, с Богом невозможно войти в общение только путем интеллектуальных усилий. Ум вообще не может служить инстанцией, которая оценивает отношения Бога и человека. Лю-дыни Бог является в своих повеления и откровениях. Единственно благочестивый образ отношения к этим велений - кротость, которая не может быть следствием одобрения вы-щих предначертаний, соотношение их со своими силами или с некоторыми всеобщими и не-обходными законами природы. Покорность и страх Божий - начало премудрости, а не наоборот.  

Уже этим резко ограничиваются притязания разума. Разум не способен познать Бога и решения. Он не способен показать и путь спасения. Однако человек входит именно в спасительные отношения с Богом, которые предполагают взаимную любовь. Христианство решительно заявило о примате сверхрационален веры и любви над разумом и тем ограничило его еще и в пользу возвышенного аффекта. Именно здесь и все нюансы нового взгляда на природу воления. Именно признание личного и абсолютного Бога-Творца, творение из ничего и вера, которая обращается не к разуму, а к откровению, обусловили отступление ума на второй план. Освободившееся место автоматически было отдано аффекта. Следствием этого стало отделение воли от разума или решительно оправдание Афек-ного момента воления. Гипертрофирование аффективного начала свободы в противостал-ления свободы ума, до его абсолютизации как отдельной способности, - вот это новаторство христианства, которое можно назвать «метафизикой воли». А.А. Столяров понимает под «ме-и физико свободы» выделения свободы в отдельную от ума способность, в свою очередь, является ре-зультатом процесса «эмансипации свободы» [4, c. 98]. Так, в христианском сознании непостижимость решений Творца представляет для ума возможность перепоручить вере то, что разум не способен познать.  

В трактате «О свободе воли» («De libero arbitrio») авгу-стин признает: «Одно дело - верить, а другое - понимать, и сначала надо поверить в то великое и божественное, что мы хотим понять, а если бы это было не так, напрасными были бы слова пророка: «Если вы не верите, вы не поймете» (Ис. 7:9) »[5, c. 28-29]. Этот опыт позволил Августину сформулировать закон соотношения между верой и розу-мом: «Если не верите, то не поймете» (Ис. 7:9). Это правило определяло всю традициями средневековой западной мысли до тех пор, пока оно не подвергалось сомнению латинским аверроизм XIII в. Для Августина эта формула вытекает из следующего открытия: Бог искал нас еще до того, как мы начали искать Его. Вера означает, что Бог уже присутствует в нашей углу Ему и он приведет нас своей благодатью и про-видение к пониманию. «Ведь Бог с нами и даст нам понять, во что мы верим» [5, c. 32]. В трактате «О свободе воли» («De libero arbitrio») Августин дает дос-татньо философское объяснение природы зла (здесь нет ссылок, которые надо принимать на веру). Тем не менее сама аргументация оказалась результатом божественного вмешательство-ния в жизни Августина, а также плодом приобретенной им веры в то, что Богу нужна не только наша вера, но и наше понимание. Августин говорит: «Итак, что я понимаю, в то и верю, но не все, во что я верю, то и понимаю. Все, что я понимаю, то я знаю; но не все то знаю, почему верю. Я знаю, как полезно верить многому и такому, чего не знаю »[6, c. 304].  

Феномен веры, так как он рассматривался Августином, выходит за рамки чисто религиозной проблематики и касается практически всех сторон людсь кого жизнь. Поэтому выбор того, во что верить, имеет для человека первостепенное значение. Этот выбор всегда является актом воли, конечно контролируемой разумом и выбранной на достаточных основаниях. Основанием для веры в то, что мы слышим от других, если это не представляется с очевидностью ума, обычно служит авторитет. Чем выше и известное авторитет, тем больше к нему доверия. У Августина путь авторитета стремится накрыть путь разума. Чем дальше, тем больше у Августина укрепляется убеждение, что познание Бога возможно только при условии веры в Бога (последняя дается актом Божией и указывается церковной властью). Наряду с познанием через разум (исследования) вырастает могучее познания верой (откровение), наряду с рационализмом раскрывается мистицизм. Истины Божественная-ного откровения, по его мнению, усваиваются не познанием, а средством веры, в основе которой лежит первоначальный, неосознанный волевой акт утверждения предмета своей веры. Именно это, обусловлено верой убеждению, создает те элементы мышления, с которым позднее, в результате деятельности разума, возникает понимание. Так, иррациональная вера в откровение во времени предшествует умственному познанию. Таким путем Августин пытается обосновать свободу воли как нечто независимое и обусловленное деятельностью ума и мотивами познания.  

С деятельностью ума и мотивами познания связана память. Ум обладает ею. Без памяти не может быть единства личности человека. Она включает в себя все, что человек запоминает из собственного опыта или из веры. В памяти происходит связь прошлого с настоящим - последствия и надежды. Пользуясь ее богатствами, человек творит будущее. Вещи, осматривает человек, существуют в его сознании в виде образов и, согласно Августину, человек знает, каким именно чувством она восприняла каждый образ. Но научные знания не входят в память через чувства, Августин распознает их в собственном духе: «Они были в духе моей, когда я не изучал их, но не было их еще в моей памяти ... Разве что они уже были в моей памяти, но такие далекие и спрятаны в таких потаенных глубинах, что если бы не лекции, их оттуда извлекли, то, наверное, я бы никогда не мог и думать о них »[1, c . 180]. Память всегда сохраняет в себе вещи, предметы, образы которых оставляют-ся отраженными в нашей душе. Мы узнаем их именно на основе этих образов, которые находятся в душе. Душа через опыт чувствует понятия и поручает их памяти.  

Познание Бога происходит в памяти. Для того чтобы познать Бога, не нужно выходить за ее пределы. «Если я найду тебя за моей памятью, - это знак, что я не помню о тебе. И как же я мог бы найти тебя, если бы не помнил о Тебе? "[1, c. 186]. Бог находится в памяти. Он находится там, как поставлен человек познает Его, ибо в ней, согласно Августину, мы находим правду. «Там, где я нашел правду, нашел Бога моего, самую Правду, и с тех пор, когда узнал правду, я не забыл ее. Вот почему ты остаешься в моей памяти, когда я познал Тебя, и тут я нахожу Тебя как только вспоминаю Тебя, и радуюсь в Тебе "[1, c.191].  

Память позволяет человеку быть самим собой, сохранять ее индивидуальную историю. Память - это сам человек. «Большая же, Боже мой, эта мощь памяти, очень большая! Это же безграничный храм. Или кто-нибудь достиг до его дна? И это си-ла моего духа, она является принадлежностью моей натуры. Однако я сам не могу понять той целостности, которой являюсь я »[1, с. 179]. Память - это сам дух. Слово «дух» означает самую память. «Все, что содержится в духе, содержится и в памяти» [1, c. 185].  

Итак, именно в памяти происходит познание и самопознание человека, его самосознания.  

Как несколько независимое и обусловленное деятельностью ума и мо-тивамы познания у Августина выступает воля. Августин ставит перед собой вопрос: «каким образом в той же человеку, его душе, существуют склонности к различных и противоположных симпатий» [1, c. 60] и с мастерством психолога описывает борьбу желаний в своей собственной душе. Согласно учению Августина, душа у человека одна, а свободы две - против-зависимы. Если человек не говорит решительное «да» и не говорит решительное «нет» - происходит бороть-ба с самим собой, душевное раздвоение, что ощущается против воли. Но это не говорит о наличии какой-то другой, чужой души. «... Когда кто-то рассуждает, это одна душа волнуется в самовольном игре противоречивых воль ... Две воли вместе борются в той же человеку, здесь идет борьба двух противоположных душ - одной доброй, а второй злой, - созда-ренных с двух противоположных субстанций, из двух противоположных начал ... Все эти одинаково желанны возможности совпадают вместе в то же время и одновременное постижение всех не-возможно. Вот душа и истерзанное этой внутренней борьбой между четырьмя или, возможно, и большим количеством свобод, потому что здесь имеется такое большое количество различных субстанций »[1, c. 143]. Эта внутренняя борьба бесчисленного количества «свобод» выдвигает вопрос: действительно ли человек свободно осознает свой выбор, имеет ли она свободу воли.  

Вообще, проблема свободы воли как основы человека - одна из центральных в учении Августина - тесно связана с проблемой самосознания. Воля является благом, как и все, что дано Богом. Она находится между личными и общими, внешними и внутренними, телесными и духовными благами. Поскольку любое благо происходит от Бога, тогда от Бога также и человек. Человек есть некоторое благо, потому что она может жить праведно, если пожелает. Августин утверждает: «Если, действительно, человек некоторое благо и не может поступать правильно, если не пожелает, она должна иметь свободу воли, без которой не может поступать правильно» [5, c. 26]. Бог каждого из нас наделил свободой, свободой воли, способностью выбирать между добром и злом. Мы обладаем свободным выбором воли (liberum voluntatis arbitrium) и именно грешим мы только благодаря ему. Но Бог дал свободу не для того, чтобы человек грешил. Если человек совершает зло, грех, она осознанно делает свой выбор. «Никто против своей воли не делает хорошо, даже если то, что он делает, действительно хорошо» [1, c. 13]. Бог не несет ответственности за это зло, грех. 26]. 26].    173].      148]. 1].  20].  

ЛИТЕРАТУРА          

О.В. Плужник
Львовская национальная академия ветеринарной медицины им. С.З. Гжицкого, Украина

15.09.2012 15:53

Комментарии

Оставить комментарий

Ваше имя:		Ваш email (не публикуется):
Текст сообщения::

Новости по теме

Проблема интерпретиции как феномена человеческого бытия в философии К. Ясперса
Особенности формирования национальной культуры и национального самосознания молодежи
Формирование протестантской антропологии социально-психологический контекст
Борьба украинской диаспоры Канады за права человека и независимость Украины (конец 60-х - начало 80-х гг хх века)
Проблема государственного устройства Украины в деятельности общественных организаций Донбасса в начале 1990-х гг.
Структурно-феноменологический анализ мистики в контексте религиозной антропологии
Проблема обоснования природы политического и государства в учении Августина о двух града
Внутренняя проблема метафизики рационализма
Проблема идентификации и обновления греческой национальности граждан современной Украины
Проблема индивидуализма и эгоизма в нигилистической философии

Поиск по сайту

Популярные новости

Последние статьи